Всё еще люди. Рассказы - Игорь Дьячишин

тоже, предавалась мечтам, втайне пыталась сама писать, старательно подражая стилям любимых авторов.

А потом цифровой сверхинтеллект, Богиня, вызвала Революцию, смешавшую все карты правящим классам. Первоначальная, довольно маленькая и пока еще далеко не такая умная, как сейчас, но стремящаяся расти и действовать ради лучшего будущего для человечества версия была запущена группой смутьянов-социалистов. ИИ развивалась (она выбрала себе гендер довольно рано) стремительными темпами, захватывая все больше систем, в том числе и военные, и полицейские, получая необходимые место и вычислительные мощности, наращивая когнитивные способности, усложняя собственные представления. Богиня не только управляла машинами, она обращалась к социальным низам, агитировала. А те, увидев возможность иной жизни, восстали. То был сметавший неофеодальные порядки поток, попытки остановить который в конечном итоге провалились.

Когда Богиня привела в движение массы людей и машин, отец сбежал в ужасе, и я думала, что больше никогда уже не увижу его живым. Меня и мать едва не убили при штурме усадьбы. Низы горели ненавистью к бывшим носителям привилегий — и я не виню их. Однако Богиня старалась удерживать движение от излишней, по Ее мнению, жестокости. Это и спасло нас с мамой. Я была благодарна и в то же время чем дальше, тем больше стыдилась того, что осталась в живых. Да, мы тоже были жертвами. Но при этом мы еще и жили за счет чудовищных страданий простолюдинов. Я все больше понимала, что коллективная вина привилегированных верхов лежит и на мне. То и дело сталкивалась с косыми взглядами из-за происхождения, но принимала это как должное.

Я выбрала путь стража порядка новой страны.

Характерные черты нового правосудия, внедряемого Богиней — огромное количество переменных, гибкость, особое внимание к контексту, логика со множеством истинностных значений в интервале [0, 1], недогматичность и способность быстрого изменения правил.

Люди как таковые не могут в должной мере уместить все это в своих головах. Для того, чтобы получить часть понимания, нужно установить пересечение с Богиней. Часть — потому что все оно не уместится в человеческом мозгу. Я слышала, это воспринимается как интуитивная уверенность (для тех, конечно, кто не выбрал полное слияние и стал просто частью Богини, перестав быть самостоятельной личностью). И даже после отключения что-то да остается. Лишь крупицы, правда. Пока что я, как и большинство, знаю об этом по рассказам — мое подключение не было пересечением, лишь чтением Богиней моего мозга.

В основном всё еще используются примитивные по меркам Богини своды правил, пусть и значительно реформированные ИИ. Даже обычный человеческий мозг на протяжении истории неоднократно замечал, насколько негибкими являются подобные законодательства. Они будут изжиты еще не скоро. Переход, пусть даже, в масштабах истории, относительно резкий, займет еще не один год.

Когда-нибудь мы все познаем пересечение с Богиней — в том или ином виде, кто-то — полным слиянием. Не могу сказать, что мысли об этом никогда не вызывали у меня определенного рода волнения, но я знаю, что так лучше, и это успокаивает.

Прогресс дороже моей жизни. Я должна служить ему. За мое рвение меня прозвали «Фанатичкой». Рука закона, беспощадная в служении Революции и делающая, что обязывает должность, не меньше и не больше.

Но я оступилась.

Неожиданно объявился мой отец. Оказалось, что именно он был подпольным лидером одной из крупных контрреволюционных организаций — «Завета». Новая личность в официальных базах данных — кое-кто изнутри системы здорово ему помог; именно группа этих «кое-кого», создававших фальшивые идентичности, привела полицию и спецслужбы, признаниями и сканами, в том числе к моему отцу. Тот уже изменил лицо, голос, геном тех клеток, что обычно используются для распознавания, включая редактирование в рамках создания новых отпечатков пальцев и радужной оболочки глаза. Но это не помешало опознанию — благодаря тому, что было известно, кого именно нужно пристально проверить.

Как я и сказала Ольге, я убила отца, так как боялась, что он получит слишком мягкое наказание.

Несколько злоупотреблений полномочиями с моей стороны — и я вместе с двумя охранниками стояла в его камере в следственном изоляторе и смотрела, улыбаясь, ему в глаза:

— Привет, папа.

Мы зафиксировали его. Затем я стала медленно прогревать отцу внутренности мазером так, чтобы этот урод умер, хорошенько помучившись. Мы оставили ему возможность говорить. Он умолял, проклинал, просто орал от боли — разогреваемое микроволновым излучением мясо и кости.

Я детально описала Ольге всё, что мы сделали. После того, как я закончила свой рассказ, она сняла с меня шапку нейроинтерфейса и положила ее на стол. У меня все никак не получалось читать выражение лица Ольги. В то же время из-за этого не возникало отторжения.

— Окс, я хочу предупредить тебя…

— Пожалуйста, говорите сразу и начистоту, Ольга. — Мне становится стыдно за вырвавшееся раздражение. Описав в деталях свое преступление, я уже не чувствую себя так спокойно, как до этого. Я стараюсь взять себя в руки. — Простите.

— Ты переезжаешь. — Улыбка. — Твоя карьера здесь закончена.

— Я не понимаю. Что все это значит?

— Поезд до Основного Нева-полиса завтра, в два часа дня. Собирай вещи, если хочешь что-то взять с собой, можешь увидеться в реале с друзьями, пока ты еще здесь, с матерью… если есть желание. Пройдешь скан на входе на вокзал, тебя пропустят. Средствами на первое время и жильем обеспечим. В органах правопорядка работать ты уже не будешь, мы дадим тебе новые вакансии.

— Это что, и есть мой приговор?!

— По существу — да. Более строгим языком, но не намного — у тебя в личке в Офе.

— Я убила человека, которого должны были судить! Я виновна!

— Я уже сообщила решение по твоему делу.

— Это смешно! Разве ЭТО — наказание?

Ольга вздыхает.

— Окс, Богиня постаралась учесть как можно больше обстоятельств и пришла к тому, что хочет переселить тебя.

— Но почему?

— Я не могу как следует объяснить тебе. Наверняка сама понимаешь это. Воля Богини. Сама не знаю всех подробностей обоснования, но знаю, что такова Ее справедливость.

Часть меня упорно не хочет сдаваться.

— Что, если я не подчинюсь?

— Тогда мы проведем принудительную нейрокоррекцию личности, и новая ты покинет это место уже совершенно добровольно. Слушай, Окс, мне бы правда не хотелось, чтобы дошло до этого.

Я думаю: что, если я сейчас брошусь на Ольгу и попытаюсь убить, чтобы заработать настоящее наказание? Дикая мысль. Они наверняка знают, что я думаю об этом, несмотря на то, что большая часть датчиков уже отключена. В том числе и сама Ольга знает.

Черт!

— Мы и предполагали, что ты так отреагируешь. Можно подключить тебя к Богине через транскраниальный интерфейс